Неправильная  - Сандра Бушар

– Я пойду с тобой, – вручая мне букет красных роз, поставил перед фактом Морган. Я молча кивнула, решив сегодня обойтись без приключений на кладбище и спокойно пошла по аллейке.

Вскоре мы оказались напротив свежей могилы отца. Крест из красного дерева и большое фото в синей рамке стали указателем. Мельком взглянув на тент, где вчера я позволила себе стать тем самым подростком, от образа которого все пыталась уйти, снова вернулась к могилке, покраснев до мозга костей.

– Прости, пап. Вчера я была не в себе, – прошептала я, укладывая розы на землю. После дождя начались заморозки, и она покрылась тонкой коркой льда. – Знаешь, мне тяжело справляться с эмоциями… Ты всегда говорил, что я бесчувственная, возможно, сейчас весь накопившийся за годы жизни с тобой ком активизировался. Как думаешь?

Внезапно пошел снег. Ранний и совсем нежданный. Словно сама природа глумилась над столицей, предлагая ей трудности разного уровня. По телу прошел неприятный озноб, холод прошиб даже кончики волос. Пальцы в осенней обуви одеревенели, а спина и вовсе стала колом. Я обхватила себя руками, чтобы дрожь не казалась такой явной, и закрыла глаза на минуту, возвращая самообладание.

Как вдруг крепкие руки обхватили меня, намертво припечатывая мужское тело к хрупкой спине. Оно словно окутало меня с ног до головы, вызывая прилив жара и странных… чувств? Я стояла там, окруженная внезапно подаренным теплом Моргана, и тонула в моменте…

Это было так странно – ощутить поддержку таким способом… Словно кто-то отчаянно пытался докричаться до моего сознания и понимания: "Эй, ты не одна!". И я хотела принять этот клич… Раствориться в прикосновениях, странных мурашках и приятном ощущении внизу живота… Рядом был отец, и, возможно, ему стоило увидеть, что я не одинока. Есть кто-то способный утихомирить моих демонов, подставить плечо и стать защитой.

– Ты оставил мне много секретов и проблем, папочка. Но я не виню тебя, ведь так поступают люди, которые не собираются уходить… Ты не собирался… – прошептала, не в силах шелохнуться. Пол казался ближе, чем когда-либо: его дыхание грело мне ухо, руки обжигали голые ладони, а массивное тело согревало сильнее мощнейшего обогревателя. Я боялась сказать ему хоть слово, оттолкнуть или попросить остаться… Он просто был рядом, и это казалось правильным, придавая сил для разговора с отцом. – Но хочу сказать одно: я собираюсь жить дальше. Есть боль, которая возникает каждый день при упоминании твоего имени. Она не притупляется, но становится привычной… А есть я, которая хочет прожить день так, чтобы в старости не жалеть. Ты всегда будешь со мной, в старых фото, воспоминаниях и твоем одеколоне на рабочих костюмах… Всегда! А теперь мне пора, дорогой…

Я последний раз взглянула на фото Дмитрия Валевски перед уходом и вдруг поняла одно – каким бы папа не был при жизни, он всегда останется лучшим после смерти. Возможно, смерть – худшее, что может произойти с человеком. Каким-то образом это отпускало все грехи передо мной, совершенные отцом.

Мы шли с Морганом по длинной тропинке, как вдруг я обернулась и вновь издалека посмотрела на фото отца. Нет… Как же я была не права, что в последний раз произносила это странное слово «папа». Я буду с ним общаться и советоваться. Рассказывать секреты, которые бы не доверила при жизни, и жаловаться на проблемы… Он в моем сердце. Всегда со мной. Мой отец навечно.

– Готова ехать к Джине и Маркусу? – с нескрываемым волнением спросил Морган уже у машины, открывая для меня дверь. – Они очень ждут, но, возможно, ты не хочешь…

– А ТЫ готов, Морган? – прищурившись, я посмотрела на Пола внимательнее, чем когда-либо. Он суетился, то и дело нервно покашливал в кулак, поглядывая на "Ролекс".

Неужели большой и ужасный Пол Морган боится кого-то, да еще и свою сестру?!